Россия демонстрирует новую тактику работы в горячих точках

Феномен наблюдается отчетливый: Запад все чаще проигрывает России, которая обладает существенно меньшими ресурсами и при этом умудряется успешно действовать сразу по нескольким направлениям. Разгадка проста.

Самое интересное в инсайде Sun о российских военных в Ливии в том, что реакция на него в России оказалась равнодушно-никакая.

Дело тут не в том, что британские СМИ до крайности дискредитировали себя за последние годы и их информацию заведомо списывают как лживые выдумки.

Важнее другое.

За последние годы Москва демонстрирует новую стратегию – а вернее, тактику – работы в горячих точках и в целом сложных регионах. Ее суть заключается в двух основных принципах: а) точечные действия минимальными силами; б) «есть слона по кусочку».

Военная кампания в Сирии стала прямо-таки мастер-классом этого подхода, когда вместо того чтобы увязнуть во «втором Афганистане», Россия тихой сапой, весьма ограниченными силами и – не будем лицемерить – крайне незначительными потерями за три года изменила расклад сил не только в самой стране, но и в ближневосточном регионе в целом.

Под рукой и другой, совсем свежий пример – с Центральноафриканской Республикой. Всего год назад Лавров в Сочи плодотворно пообщался с тамошним президентом. Всего полгода как западные СМИ начали качать тему о «русских ЧВК», берущих под контроль ЦАР. А Россия вот уже подготовила межгосударственное соглашение о расширении военного и военно-технического сотрудничества между странами. Речь идет о создании представительства Минобороны России при Министерстве национальной обороны ЦАР и восстановлении армии республики. На днях правительство проект утвердило.

Что характерно, в ЦАР в прошедший период работало меньше двухсот россиян: 5 военных советников и 170 так называемых гражданских инструкторов, что бы ни подразумевалось под этой формулировкой. И эти люди меньше чем за год достигли нынешнего откровенно впечатляющего результата для не последнего по значимости направления внешней политики государства.

Причем можно поспорить, в отношении чего – внутренней ситуации или положения дел на мировой арене – этот новый российский внешнеполитический подход оказался более значимым.

Благодаря ему Россия – и государство, и, что даже еще более важно, общество – избавилась от позднесоветских травм, связанных с присутствием российских военных за пределами страны и их участием в военных конфликтах за рубежом.

Собственно, тема «Сирия станет вторым Афганистаном» била ведь в реальную болевую точку существенной части россиян, и развитие сирийской кампании не просто привело к важному внешнеполитическому успеху страны, но и избавило российское общество от тяжелого комплекса и страха участия в конфликтах за рубежом.

Это, кстати, существенно усилило внутреннюю стабильность системы, поскольку значимый на протяжении нескольких десятилетий аргумент против действий властей (не лезьте в дела других стран – ваши непонятные цели не стоят жизней наших мальчиков) оказался просто выведен за скобки.

Однако представляется, что для геополитических раскладов новая российская тактика оказалась все-таки более значимой.

Феномен-то наблюдается отчетливый – Запад действительно все чаще проигрывает России, которая обладает существенно меньшими ресурсами и при этом умудряется успешно действовать сразу по нескольким направлениям.

Разгадка, собственно, проста – у Москвы не было другого выхода, кроме как научиться этому за последние десятилетия.

Ресурсов минимум, геополитические возможности урезаны до предела, но государству надо было как-то вертеться – ну а по его команде вертелись люди, которые ему служили.

Фактически Россия – огромная богатейшая страна, всю свою историю привыкшая действовать в формате сверхдержавы «раззудись, плечо! размахнись, рука!» – оказалась вынуждена принять на вооружение методы геополитической работы, характерные для небольших и не самых богатых стран.

И в итоге была отстроена система – явно не идеальная, но по существу самая эффективная на данный момент в мире (во всяком случае, среди великих держав) по соотношению вкладываемых усилий и получаемых результатов.

А Запад в это же самое время продолжал эксплуатировать унаследованные из холодной войны методы работы – масштабные и дорогостоящие. Более того, победа в холодной войне и обретенная глобальная гегемония усилили эту тенденцию, и процесс раздувания смет, штатов, бюрократических процедур приобрел прямо-таки астрономический характер.

Промежуточный итог этого мы теперь и наблюдаем.

У Запада намного больше возможностей, ресурсов и влияния, зато механизмы принятия решения и их реализации приняли настолько неэффективный характер, что ему действительно крайне затруднительно противостоять России, которая силами пары сотен человек решает задачи, которые для той стороны требуют создания многотысячной структуры и много-многомиллионного бюджета.

Именно поэтому откровение о российских военных в Ливии вызвало в России плечамипожимательную реакцию.

Во-первых, британцы врут в 99 процентах случаев, так что нет смысла обращать внимание на их очередные «откровения».

Во-вторых, если вдруг выяснится, что в данном случае британцы не совсем соврали и в Ливии действительно появились россияне, то смысла нервничать тем более нет.

Пусть люди работают. Глядишь, наработают чего-нибудь полезное для страны.